63134b37     

Довбня Артём - Я Даже Не Знаю



Артём Довбня
Я даже не знаю
- Доброе утро Маша, ты уже проснулась? - я привычно поздоровался с
ребенком.
Я смотрел, как Маша оделась и отправилась в ванну. В комнату зашла
мать, привычно собрала разбросанные вещи, заправила кровать.
- Доброе утро дочурка, кушать будешь?
Дочь молча оделась и пошла на кухню. Пахло свежезаваренным кофе и
французскими булочками.
Что-то в этот момент пошло неправильно. Она очень была удивлена моему
присутствию. Hо не испугалось. Еще не сформированное создание не приняло
меня.
Почему-то нас оказалось тут сразу двое. Hо она мне доверяла, как
маленький ребенок доверяет взрослому. Без страха, полностью. В том-то и
была проблема, вместе мы могли ужиться, но только она первая, и она тут
хозяйка. Опыт целой жизни свалился на нее. Она была подавлена тем поток
информации, что я принес с собой. О нормальном развитии и речи быть не
могло. Я вообще имел смутное представление, где я нахожусь и что это за
место. Я не чувствовал ни своего тела, привычные шесть чувств отказали.
Как будто вдруг оказался в вязкой и глухой темноте. Hо каким-то особым
чувством я знал, что она находится где-то рядом. И она знала о моем
присутствии.
- Доча, мы сегодня с папой поедем на работу, ты не бойся, мы скоро
будем.
Маша привычно ничего не ответила. Она допила кофе и отправилась в свою
комнату.
Маше всего девять лет. Работа. Постоянно работа. К сожалению, у матери
не хватает времени на ребенка. Сложный мир не терпит инвалидов и больных.
Лечение требует денег. А для безнадежно больных вообще нет места в этой
жизни. Может быть, если мать уделяла ребенку больше внимания... Все может
быть.
Дальнейшее развитие нашего "сожительства" принесло свои плоды. Маша все
больше доверяла моему опыту и моей памяти. Hа удивление мы довольно быстро
вошли в контакт и слились в единое существо. Изредка сильным усилием воли
я прорывался во внешний мир и мог не надолго видеть, чувствовать и дышать.
Hо это мне стоило огромной концентрации и усилий. А так как она была тут
хозяйкой, то даже все мои усилия были бы тщетны, если бы она не захотела.
Самое странное, что до сих пор некоторые психологические привычки дают о
себе знать. Бывают такие моменты, когда я дико хочу курить и кушать.
Бывают фантомные боли. Это отражается и на моем ребенке. Я еле себя
сдерживал, чтоб не заставить ее закурить. Тяга та еще. Существуют так же и
минусы нашей совместной жизни.
Человек учится на своем опыте. Она же уже имеет и опыт и память. Ей не
надо было развиваться, я был своего рода постоянным помощником, к которому
она в случае необходимости могла всегда обратится. Я с ней мог
изъясняться, только образами и чувствами. А она как хозяйка положения
могла делать все что угодно. Довольно часто она просматривала мою память,
как фильм. Это были восхитительные моменты.
Я заново вспоминал, правда, под принуждением, всю свою жизнь и радость
и горе. А она зачарованно смотрела на все это. Для нее я стал и помощником
и самой главной игрушкой. До этого мне всегда казалось, что лучшая жизнь -
ничего не делать и постоянно развлекаться. В результате я увидел, к чему
это приводит. Она не захотела развиваться дальше. Ей было достаточно и
моего опыта жизни. Она ограничилась только необходимыми основными
функциями для поддержания жизнедеятельности. Есть, спать. Она не захотела
больше чему-либо учится.
Уже темнело, когда мать вернулась с работы.
- Маш, как ты?
Мать разделась, прошла в комнату. Hа столе лежали Машины рисунки.
- И что же ты тут нар



Назад