Гостиница Волхов 2   63134b37     

Добролюбов Н А - Фрегат 'паллада'



Н. А. Добролюбов
ФРЕГАТ "ПАЛЛАДА"
Очерки путешествия Ивана Гончарова.
В двух томах. Издание А. И. Глазунова. СПб., 1858
Путевые письма г. Гончарова давно уже известны всей читающей публике.
С 1855 года отрывки из них постоянно печатались в журналах, а большой
эпизод "Русские в Японии" издан был и отдельно.1 По поводу издания этой
части записок г. Гончарова в "Современнике" 1856 года помещена была
обширная критическая статья, написанная г. Дружининым. Мы полагаем, что
читатели наши не забыли этой живой и остроумной статьи, в которой автор, по
поводу отрывка из путешествия г. Гончарова, представляет вообще
характеристику таланта этого блестящего, увлекательного рассказчика. Во
всяком случае, мы считаем излишним повторять здесь то, что было в ней
высказано и что столько раз уже повторено было в наших журнальных
обозрениях. Притом же талант г. Гончарова так хорошо известен публике, что
наша оценка, во всяком случае, оказалась бы запоздалою. Мы можем только
заметить здесь, что в изданных ныне двух томах читатели не всё будут
встречать уже прочитанное ими, а найдут и несколько новых статей, еще не
бывших напечатанными в журналах. Касательно внешности издания нужно
сказать, что она весьма изящна.
Для тех читателей, которые желали бы иметь сжатую в немногих словах,
но обстоятельную и полную характеристику достоинств таланта г. Гончарова,
мы считаем нужным указать на коротенькое "Предисловие от издателя",
помещенное в начале первого тома "Фрегата "Паллады"".2 Издатель, указывая
здесь на значение писем г. Гончарова в нашей литературе, объясняет, что
обстоятельства путешествия не зависели от личной воли автора, так как он
пустился в путь в качестве секретаря при начальнике экспедиции, снаряженной
от правительства, с целью открытия торговых сношений с Японией. Затем
составитель предисловия продолжает:
При таких условиях автор лично для себя и для публики мог сделать
только то, что он сделал, то есть не забыть о призвании, доставившем уже
ему известность и внимание публики; не забыть, что на нем, по выражению
одного критика, "почил дух Пушкина", и в своем быстром и случайном пути
взглянуть на разнообразные картины беспрестанно сменявшейся пред ним
панорамы, на мелькавшие пред ним явления чуждой жизни с точки зрения поэта.
Владея поэтическим талантом, юмором и всеми тайнами родного языка, он мог
ограничиться даже летучими, непосредственными и личными впечатлениями, не
дополняя их чужим знанием и опытом, - что пришлось бы, может быть, сделать
тому, кто, находясь в его положении, но не владея его средствами, захотел
бы все-таки сделать описание своего путешествия общезанимательным.
Результатами путевых впечатлений и наблюдений г. Гончаров прежде всего
поделился с друзьями; он предложил их публике почти в первоначальном их
виде, то есть в виде писем, простых, дружеских, небрежных, но неподражаемых
по совершенству языка и усеянных подробностями, в которых интерес самого
предмета, интерес путешествия, бледнеет на каждом шагу перед неожиданным в
интимной переписке присутствием поэтического творчества.
Из ограниченного круга предметов, подлежавших наблюдению, автор
обратил исключительное внимание на то, что влекло его к себе с особенной
силой, как человека и поэта народного по преимуществу, начиная от природы,
которую он подверг такому осязательному анализу, полному действительного
блеска и аромата, и кончая простым матросом, костромским парнем,
перенесенным под тропическое небо.
Наконец, автор сделал, спе



Назад