63134b37     

Днепров Анатолий - Лицом К Стене



Анатолий Днепров
Лицом к стене
1
Радиус камеры - двадцать метров, радиус камеры сто семьдесят метров...
Триста пятьдесят метров, тысяча четыреста метров...
Ну и чудовища!
А сколько времени и кропотливого труда нужно было потратить, чтобы
построить такие ускорители-динозавры. Я рассматривал схемы и фотографии старых
ускорителей ядерных частиц, и меня охватывало чувство жалости и сочувствия к
тем, кто шел к познанию структуры вещества таким тернистым путем.
Впрочем, в науке всегда так: мы снисходительно улыбаемся при виде первого
неуклюжего радиоприемника, не думая о том, что без этого первенца не возможна
была бы миниатюрная крошка в корпусе часов на молекулярных деталях, которая
сейчас поет у меня на руке.
Ученые того времени по-настоящему гордились своими детищами! Тонны металла
и внушительные геометрические размеры приборов приводились в качестве
доказательства научной зрелости разработчиков и конструкторов.
- Смешно, правда? - сказал склонившийся над схемой синхрофазотрона на 100
миллиардов электронвольт Валентин Каменин.
- Нисколько. Без этих штук идея доктора Громова никогда бы не родилась.
Именно на этих машинах были обнаружены частицы с отрицательной энергией,
которые использовал Громов.
- Частицы с отрицательной энергией были известны из теории давно. Нужно
было бы только хорошенько подумать...
Валентин всегда считал, что "нужно было бы только хорошенько подумать", и
всю современную цивилизацию можно было бы создать еще в каменном веке.
- Ты знаешь, чем я занимался последний год?
- Чем? - без интереса спросил он.
- Я просмотрел журналы по теоретической физике за последнюю четверть
столетия. Оказалось, 99 процентов, напечатанных в них статей, - чистейшая
научная фантастика, та самая, которую так недолюбливают и критикуют физики.
Валентин поднял на меня удивленные глаза.
- Да, да. Настоящая научная фантастика, но только замаскированная
математическими формулами и уравнениями. Каждая статья - это придуманная
теоретиком модель физического явления. Он обрабатывает ее математически и
получает различные следствия. Другой теоретик придумывает другую модель и
получает другие следствия. И так далее. Каждый из них считает себя
представителем точной науки, потому что он фантазирует при помощи
математического аппарата. Но ведь из всех теоретиков, которые рассматривают
одно и то же явление природы, правым окажется только один, а остальные - всего
лишь фантазеры!
- Любопытно, - улыбнулся Валентин. - К чему это ты мне рассказываешь?
- А к тому, что теоретик может на бумаге доказать все, что угодно. Но
этого мало. Нужно чтобы его предсказания сбылись. Нужно было не только
предсказать, но и найти частицы с отрицательной энергией.
Мы спустились в колодец, где наши ребята заканчивали монтаж ускорителя на
две тысячи миллиардов электронвольт. По сравнению с "динозаврами" это был
крохотный прибор. Он стоял посредине круглого бетонированного зала.
Остроконечный тубус из графита был направлен в толстую стенку, за которой
простирался слой грунта.
- Какую мы возьмем мишень? - спросил я профессора Громова.
- Классическую. Парафин.
- Почему?
- Мы посмотрим, как будут рассеиваться электроны на электронах. Любопытно,
имеет ли электрон внутреннюю структуру...
Я прикинул в уме, какая для этого нужна энергия, и мне стало не по себе.
- Эх, ребята! Заработает наша машина, и через несколько миллионов лет
где-нибудь в созвездии Геркулеса астрономы неведомой планеты зарегистрируют
появление сверхновой звезды-к



Назад