63134b37     

Дмитрук Андрей - Служба Евгеники



Андрей Дмитрук
Служба евгеники
Главным достоянием Танюши Межуевой, как, впрочем, и главным ее
беспокойством, была хлесткая, обжигающая красота лица и тела.
Неожиданно эффектная среди всей своей неказистой родни, имела Танюша
сильные ноги с тонкой лодыжкой и изящной ступней, прекрасно вылепленные
плечи и твердую вздернутую грудь. Вообще, вся она была твердая, свежая,
как яблоко на морозе, с крепкими ровными зубами в разрезе крупных детских
губ, с круглым нежным лицом...
Шестнадцати лет от роду до того привыкла Танюша к назойливым восторгам
мужчин, что на улице смотрела только под ноги, глаз своих зеленых и чуть
раскосых никому не показывая, потому что посмотреть - значило позвать. Шла
с хмурым видом, сутулясь, хотя сила и юность так и рвались наружу,
превращая Танину походку в нервный летящий танец.
Она не понимала тогда, насколько ей необходимо, это силовое поле
мужского внимания, пока однажды зимой, в отсутствие матери, не вызвали ее
срочно к отцу, приходившему в себя после тяжелой хирургической операции.
Обмотав голову теплым платком, ненакрашенная, с распухшими глазами, долго
ехала Таня в троллейбусе - и никто на нее ни разу не оглянулся. Было
неуютно и стыдно, как голой.
Училась она в десятом классе. Отец весной умер, мать поставила перед
Таней ультиматум: или замуж, или зарабатывать деньги. Осознав свою силу,
захотела Танюша ехать в Москву - пробиваться на киноактерский, но мать
сумела застращать ужасами богемной жизни. Пошла учиться на официантку.
Мать, ревизор городского общепита, нажала какие следует кнопки, и стала
Таня работать в хорошем ресторане при гостинице "Интурист". Была сначала
белой вороной среди тертых ресторанных баб, дичилась, подвергалась
насмешкам - потом привыкла. Стала покрикивать на посетителей, навязывать
им самые дорогие блюда, пьяненьких нечувствительно обсчитывать, а со
свадеб да банкетов уносить по полной сумке "остатков".
Вечером девятнадцатого ноября смешались в нехитрой Таниной душе
раздражение и радость. Раздражение накопилось потому, что вчера двое
вежливых и хорошо одетых парней сбежали, не уплатив по счету, - пришлось
"заложить в план" собственные двенадцать рублей, - а сегодня с начала
смены за четыре ее столика валом валил серенький командированный, стыдливо
заказывая селедку иваси с луком, сорокакопеечный шницель и бутылку пива.
Радость же принесла в белой картонной коробке буфетчица Юля. Воплощенная
мечта: черные английские туфли - перепоночки, высоченный каблук. Таня как
надела их, так и не захотела снимать, бегала по залу на онемевших ногах и
нет-нет да любовалась где-нибудь в углу, согнув ступню набок. Только когда
за столиками начали высказываться более чем откровенно и весельчак-майор
из пожарной охраны в третий раз погладил ее выше колена, подумала Таня,
что туфли, вероятно, лучше сменить на привычные растоптанные босоножки.
Эта радость, явная, была прочно связана с другой, тайной, радостью -
сегодняшним приездом Валерия Крохина, Валерочки, водителя-дальнобойщика,
двадцатитрехлетнего увальня с белыми ресницами, силача и добряка, которым
Таня управляла с ловкостью опытного диктатора. Удачно, что туфли появились
именно сегодня: встречая возлюбленную после многодневной разлуки, Валерий
будет ослеплен красотой Таниных ног и лучше поймет, каким сокровищем он
владеет. А она, дав собой как следует повосхищаться, сошлется на усталость
и к Валерочке не поедет... или поедет, но после долгих уговоров.
Такими сладкими и беспокойными мыслями была заня



Назад